crapulous: (Default)
Еще один примечательный рецепт Жюля Гуффе, в котором автор "Кондитерской книги" обращает внимание на те нюансы, которые игнорируют прочие кулинары - как его современники, так и наши.

Мадленки - пирожные древние, очень узнаваемые и культурно, так сказать, значимые. Мадленки Марселя Пруста, о которых, наверно, все знают: можете почитать о них где-нибудь в другом месте.

По поводу происхождения красивого названия этого блюда существует множество разнообразных гипотез, баек и домыслов. Мы их также с удовольствием проигнорируем.

В первую очередь мадлен - это продукт технической цивилизации и развитой металлургии: их совершенно невозможно представить без характерных жестяных формочек (в наше время сменившихся силиконом) в виде раковины морского гребешка. Соответственно, раньше начала XVIII в. момент их появления искать бессмысленно; во всяком случае в их привычном нам виде. Ассоциация между этими формочками и пирожными была настолько крепка, что практически все авторы всегда назвали их "формами для мадлен", даже если использовали их для приготовления других блюд.



Кроме того, готовить мадленки легко и приятно: они не требуют особого усердия, и обычно на их приготовление уходит не более получаса, а вкус их зависит скорее от качества ингредиентов, чем от навыка повара.


Своим содержанием эти пирожные за последние триста лет изменились так же мало, как и своей формой. Разве что в них перестали класть цукаты и изюм (когда те вышли из моды в качестве универсальной добавки к любым сладостям) и начали поливать шоколадом (когда появился твердый шоколад, и его начали добавлять везде). Но это никогда не сказывалось на многообразии и богатстве вариантов мадлен.


Вернемся к началу, чем так примечателен базовый рецепт Гуффе? По большому счету только первым абзацем, где он настаивает на том, что тесто мадлен должно оставаться плотным и ни в коем случае не подниматься, а также описывает то, как этого добиться.


Мадлен с цитроном
Мадлен должна быть очень белой внутри, очень плотной, а ее корочка - очень гладкой. Чтобы получить такой результат, просто смешайте лопаткой муку, сахар и масло, не замешивая тесто, в противном случае, если его замесить, оно становится пушистым и легким, пирожное останется вкусным, но потеряет свои лучшие качества.

Многие пирожные определяются тем же образом; только способ подготовки теста отличает их по вкусу и внешнему виду. Тот, кто хочет приготовить настоящие мадлен, должен в точности следовать следующей инструкции:

250 г муки,
250 г сахарной пудры,
250 г сливочного масла, растопленного в сливки, то есть нарезанного на кусочки и размешанного, чтобы масло растаяло, не меняя цвет,
100 г засахаренного цитрона, нарезанного небольшими кубиками,
Щепотка соли,
4 яйца.


-В миску положите муку, сахар и 4 яйца.
-Перемешайте лопаткой, не вымешивая.
-Добавьте растопленное сливочное масло, соль и цитрон.
-Формы для мадлен смажьте с помощью кисточки топленым маслом.
-Заполните формы на две трети, чтобы мадлен получилиь одиного размера.
-Советую, когда вы заполнили форму, поставить ее на весы, чтобы убедиться в ее весе, и сделать то же самое со всеми остальными мадленами. Этот процесс не требует больше времени и позволяет пирожным быть одинаковыми.
-Запекайте при температуре (темно)желтой бумаги (~200°C, 10-12 мин, некоторые современные авторы предлагают сначала нагреть печь до 250°C, а затем остудить до 200°C).
-Выньте мадлен из формы, выложите на решетку и отставьте для подачи.



Легко найти изображения современных мадлен - или даже сами пирожные в любом кафе или кондитерской - с характерным пузырем на задней части. Вот как на этой картинке из Википедии, например. Некоторые актуальные рецепты даже предлагают даже класть в тесто разрыхлитель, очевидно, чтобы этот пузырь стал еще больше.



Вопрос в том, почему Ж. Гуффе - и его учитель Антуан Карем, если быть последовательным - настаивают на том, чтобы тесто для мадленок ни в коем случае не поднималось? При том, что это никак не сказывается на их вкусе (что действительно так).


Ответ на него можно получить благодаря одному из следующих его рецептов, где мадлен готовится в другой форме. Потому что нет такого закона, чтобы мадленка обязательно имела вид ракушки.

Мадлен с сюрпризом из ананаса

-Сделайте тесто для мадлен, как описано в мадлен с цитроном.
-Покройте формы для дариолей маслом.
-Заполните каждую форму на две трети.
-Испеките, дайте остыть.
-Обрежьте верхнюю часть мадлен так, чтобы они могли стоять ровно при подаче.
-Срежьте верхушку толщиной в 2 см.
-Удалите середину мадлен.
-Наполните ананасовым мармеладом.
-Накройте верхушкой от мадлен.
-Покройте ананасовой помадкой.
-Оставьте на решетке для подачи.


Плотное тесто для такой мадленки гораздо предпочтительнее, с ним удобнее работать, оно лучше выглядит, и - самое важное - его гораздо приятнее есть.


Аналогичным образом мадлен в форме для дариолей (или капкейков, если угодно) может быть с начинкой из абрикосов, клубники, с ореховым кремом или с тем, на что хватит фантазии. В любом случае получится приятный, пусть и несколько подзабытый десерт, который очень сложно испортить.
crapulous: (Default)
Кто хочет посвятить себя поваренному искусству, тот должен сызмальства привыкнуть к порядку, чистоте и пунктуальности. Запрещайте ему читать романы; пусть он образовывает свой ум, пусть занимается естественными науками, историей, математикой; они разовьют его разум, укрепят память, в конце концов дадут ему знания, применимые и в поварском деле. Кстати, пусть читает мою книгу – и ничего, кроме моей книги. - Дух кулинарного искусства, Барон фон Румор (1822).
crapulous: (Default)
Несравнимо значительнее по своим последствиям то отмечаемое многими лакомство немецких гимназистов и студентов, состоящее из малозначительных изюма и миндаля, которое получило прозвище Studentenfutter. Конечно, лакомство учащейся молодежи, которой то и дело приходится довольствоваться даже так называемым копеечным кормом (Rappenfutter), вынужденное, поскольку до сих пор ни один гуманист не взял на себя труд основательно улучшить столовые в немецких университетах. Необычайное вырождение таких заведений, конечно же, вынуждает учащихся искать спасения во всякой сладкой выпечке (Zuckergebäck und anderen Näschereien), поэтому они из школы и университета выносят настолько испорченное пищеварение, что впоследствии ни лечение на водах, ни верховая езда не помогут им вернуть здоровую и радостную жизнь. Кто же признается, что в этом кроется главная движущая сила всех литературных распрей, недовольств и партийных дел? - Дух кулинарного искусства, Барон фон Румор (1822).
crapulous: (Default)


Реклама "кафэ-ресторана" из ростовской-на-дону газеты "Приазовский край". Май 1918 г. Типографика адская, куча опечаток, но если через них продраться, то можно прочесть, что в этом заведении, на кухне под управлением повара с очень грузинской фамилией Двали готовили в том числе и блюда азиатской кухни. Под которыми - судя по прочим меню и кулинарным книгам того времени - скорее всего подразумевалось экзотическое кушанье под названием "шашлык".

Например, вот он в меню другого заведения того же города. Притаился на 11 позиции среди названий прочих блюд написанных суровым французским транслитом.

crapulous: (Default)
Огюст Эскоффье, главный законодатель кулинарной моды рубежа XIX-XX вв. и один из создателей концепции сетевых ресторанов, в своем opus magnum под названием "Кулинарный гид" пишет что главное в омлете - это гомогенность молекул яиц и общая мягкость (l’homogénéité des molécules d’œufs et le moelleux de l’ensemble).

Современные переводы "Гида" нелепое упоминание молекул зачем-то стыдливо убирают. Во всяком случае в тех переводах, что мне попадались это так. Хотя прижизненное английское издание 1907 г. (совершенно отвратительное) использует в переводе этого предложения красивое слово egg-molecules.

В этом плане "атомарная структура каши" у советского Похлебкина, может смотрится и не менее тупо, но зато можно сказать, что это некое продолжение традиции.


И да, это вторая картинка, которую мне выдает Гугль по запросу "Escoffier". Гуглить Похлебкина я не буду.

crapulous: (Default)
Английский перевод "Кондитерской книги" Жюля Гуффе, едва ли не лучшего кондитера XIX столетия, сделанный его братом, Альфонсом, кондитером королевы Виктории, несколько отличается от французского оригинала. Преимущественно в мелочах: незначительных, но от этого не менее неожиданных.

В частности, описывая достоинства своего учителя, прославленного Антуана Карема, Гуффе утверждает, что тот был "исследователем, которому выпадала честь делать открытия" (c’était un chercheur, qui a eu souvent le mérite de trouver). В английском переводе говорится, что Карем "was a bold but enlightened innovator". Довольно странное противопоставление.
crapulous: (Default)
Поскольку чилийская книга про "Дом духов" - полное говно, то сравнивать ее переводы гораздо веселей, чем просто читать. Кроме многочисленных косяков с едой и переводческого произвола там много всякого забавного.

Например, в сцене инцеста-изнасилования, где злобный фашистский полицмейстер злобно пытает отважную юную революционерку (по совместительству свою двоюродную сестру) в оригинале и в русском переводе написано: Она боролась с ним, кричала на него, плакала, писала на него, ее стошнило на него.

Английский же текст ограничивается лаконичным: Она сопротивлялась.


А самое забавное то, что это преподают детям в школах.

Bafstenh

Jun. 9th, 2026 11:33 am
crapulous: (Default)
Поначалу "Гастрономическая наука" - первая кулинарная книга отпечатанная типографским способом в Чили - кажется чем-то совершенно непримечательным. Она представляет собой небольшой сборник самых обычных для середины XIX столетия европейских рецептов, настолько популярных, что они были известны даже на этом краю географии: курятина и говяжья вырезка запеченные самыми простыми способами, несколько видов рагу из них же, бешамель и прочие французские соусы, картофель фри, русская шарлотка и многочисленные английские пуддинги. Все это пересыпано небольшим количеством более традиционных латиноамериканских блюд, большинство из которых отличается наличием кукурузы.



Чем эта книжка действительно выделяется на фоне всей прочей кулинарной литературы нового времени - хоть чилийской, хоть какой другой - так это спорной орфографией и потрясающим количеством совершенно немыслимых опечаток. Легко угадать, кем был в девичестве загадочный соус байонеса. Будилинги и пудилинги даже не удивляют - видали и похуже. Но вот кто такой bafstenh из которого предлагается делать пирог, и как это слово должно читаться - вопрос. Тем более, что далее этот ингредиент уже пишется как besfsteah. То есть понятно, что это скорее всего пошлый стейк, в смысле бифштекс, но слово все равно хорошее.







crapulous: (Default)
Оказывается, одна из самых знаменитых фраз итальянского кинематографа: про "Броненосец Потемкин" из "Второго трагического Фантоцци" (полагаю, ее все и так знают) в оригинальном скетче 1970 г. звучала несколько иначе.

Там всем осточертевший шедевр режиссера С. Эйнштейна назван boiata pazzesca - буквально, "безумный мусор", а в фильме 1976 г. это уже cagata pazzesca, то есть "безумное дерьмо".

Ну, и интеллектуалы добровольно развлекающие себя интеллектуальным кино превратились в работяг замученных прогрессивным начальством.



Гараж

Jun. 7th, 2026 10:02 am
crapulous: (Default)
Смотреть советское кино с людьми, которые с ним не знакомы, но хорошо разбираются в театральном ремесле очень увлекательно.

Оказывается, фильм "Гараж" - ультрафеминистический. Мало того, что он идеально соответствует критериям Бедкель, так еще и все женские персонажи там - либо при власти, либо очень волевые или хотя бы просто социально активные и вообще, доминируют. А мужички все как на подбор - безвольные конформисты, приживалы, жулики, увечные, на худой конец - немощные старики. Есть даже один куколд.

А еще Рязанова в этом фильме немного покусал Фассбиндер.
crapulous: (Default)
В советском фильме про "Берегись автомобиля" есть одна сцена, которая в детстве, естественно, прошла мимо меня.

Персонаж артиста Миронова - один из антагонистов фильма, ну, или тот кого можно было бы считать похожим на антагониста - очень деловой работник комиссионки, спекулянт и, пожалуй, наиболее симпатичный персонаж во всей этой истории, жалуется на жизнь, мол почему ему приходится приспосабливаться, таиться, вместо того, чтобы жить как нормальный человек. Кроме того, он задаётся весьма двусмысленным вопросом "Когда же все это закончится?"

На что персонаж артиста Папанова, играющего тестя персонажа артиста Миронова с тупым гыгыканьем отвечает "Никогда!" А после секундной паузы настороженно переспрашивает "Что ты имеешь в виду?"

Подозреваю, что у примечательным своим цинизмом советских людей в 1966 г., когда вышел фильм, а также следующие четверть века, эта сцена должна была вызывать совершенно определенную реакцию.

crapulous: (Default)
В русском переводе романа Исабель Айенде «Дом духов» (племянницы незадачливого чилийского президента, пытавшегося в начале 1970х стать вторым Фиделем Кастро), по старинной традиции, заложенной еще советскими переводчиками, совершенно безбожно перевраны названия практически всех блюд и продуктов упомянутых в книге.

Исправления связанные с новейшими веяниями современной российской цензуры в этом тексте также весьма обильны, но они нас не особо интересуют.



Переводчик решил превратить коктейльную вишню в замороженную. Попытался подобрать аналоги из российской гастрономии различным тортильям, которыми по-испански в зависимости от места и времени может зваться практически все что угодно: от пресной лепешки до парового омлета. А от упоминаний такого характерного для Латинской Америки блюда как «манхар бланко» так и вовсе избавился.

По названию легко догадаться, что «манхар бланко» - это все то же самое бланманже, разве что со своей собственной региональной спецификой, не такое изящное как традиционное европейское антреме с тем же названием, но тем не менее, отлично знакомое всем и каждому даже за пределами Американского континента. Это обычная сгущенка. Иногда вареная, но суть от этого не меняется.

Вариантов манхар бланко существует великое множество: они отличаются добавками и временем приготовления, но основа у этого грубого лакомства всегда одна и та же: молоко уваренное до определенной густоты с большим количеством сахара. Ваниль, корица - опционально. Главное, что оно долго хранится, хорошо насыщает и радует сладким вкусом - чего еще желать? В некоторых вариантах туда добавляется крахмал, а иногда даже рис, что роднит это блюдо с бланманже Средних веков и Нового времени.

Вот для примера древний, но далеко не первый из опубликованных рецепт манхар бланко из довольно толковой брошюры 1872 г. «Чилийский кондитер».

В кастрюлю налейте пол-литра горячего свежего молока и добавляйте сахар, пока смесь не начнет густеть (≈200 г). Поставьте кастрюлю на слабый огонь, после того, как сахар уварится, снимите с огня, дайте остыть и разлейте по бутылкам. Этот сироп отлично подходит к чаю и особенно удобен для путешествий, поскольку хорошо хранится.
crapulous: (Default)
Очередной медицинский рецепт из «Кулинарной книги инфанты доньи Марии». Это компресс против ожогов - того, что происходит на кухнях сплошь и рядом.

Из экзотических ингредиентов здесь используется армянская глина, то, что по-русски обычно называют просто словом «болюс». Это древний препарат, уже вышедший из медицинского употребления, но встречавшийся в фармакопеях еще в XX в. Немедицинских применений у него еще больше, но мы не будем на них заострять внимание.

Со времен античности и до относительно недавнего времени болюс арменикус использовали для лечения практически чего угодно: от глистов и астмы, до изжоги и открытых ран. Причем для каждого случая в идеале использовался свой вариант болюса обработанный соответствующим способом.

В случае ожогов и открытых ран болюс, пожалуй, наиболее эффективен, поскольку как абсорбент и регулятор кислотности глина действует хорошо. Ну, или хотя бы просто действует.

Некоторые современные авторы утверждают, что древние аптекари, подделывали болюс предназначенный для повязок и пластырей (sigillatus), смешивая его с сушеными собачьими экскрементами. С ними мы познакомились в предыдущем рецепте, и они, как мы помним, использовались как вяжущее и бактерицидное средство. Соответственно, никакого злого умысла в смешивании этих двух препаратов не было, а всего лишь понимание, что вместе они должны работать гораздо лучше.

Впрочем, в случае книги доньи Марии глина и какашки используются раздельно.

Рецепт против ожога и ошпаривания.
Возьмите в равных частях розового уксусу и розовой воды, в количестве зависящем от тяжести ожога. Возьмите один или два яичных белка и тщательно все взбейте, добавьте порошок армянской глины, взбивая упомянутые уксус, воду и яичный белок, пока они не достигнут консистенции кашицы (papas), чего будет достаточно.


Когда кто-то обожжется или ошпарится, положите [на место ожога] несколько кусков старой голландской ткани смоченных в этой кашице. Когда одна тряпка высохнет, положите на нее другую, если ожог большой, но если ожог маленький, то достаточно и одной. Через три-четыре дня он заживет, при условии, что ожог не будут расчесывать.
crapulous: (Default)
Продолжаем очередной год месячника португальской гастрономии в этом бложике. Сегодня у нас в гостях король Дуарте I, Эдуард в смысле. У него английское имя - в честь дедушки. Правитель он был очень средневековый, то есть весьма просвещенный, даже через чур: написал две книжки и кучу законов. Об одной из них сегодня пойдет речь.

Семейство дона Дуарте тоже было не лыком шито: с щедрых рук его единственной сестры кормилось множество фламандских живописцев равных которым не было, один из его братьев был поэтом и законодателем, другой - рыцарем, который спасая товарищей пожертвовал собой. Самый известный из них - дон Энрике, который Навигатор, своими морскими экспедициями заложил фундамент всей последующей европейской колониальной экспансии, открытию Америк, появлению океанической торговли - тому, что сделало нашу цивилизацию такой, какой мы ее знаем и любим.



Самая большая и примечательная из книжек дона Дуарте - Верный Советник (Leal Conselheiro) представляет собою этико-философский трактат, уникальный дидактический памятник литературы XV столетия.

Но это если по-умному. По-людски это будет книжка по саморазвитию, которых всегда было навалом, хоть в Средние века, хоть сейчас. Юности честное зерцало, Наполеон Хилл, или что там сейчас в этом жанре модно? Все в таком духе.

От прочих аналогов Верный Советник выгодно отличается тем что написан на португальском языке - это делает его единственным в своем роде - во всяком случае если говорить о литературе XV в. А главное, тем, что написан он довольно хорошо с художественной точки зрения, можно сказать, поэтично, даже с некоторым юмором. Это в подобных книжках всегда приятно удивляет, пусть и очень редко. Наш убогий перевод всех прелестей оригинала, конечно, не передает, но уж какой есть.

Верный Советник нас интересует не тезисным пересказом сочинений Фомы Аквинского и тем более не описанием некоторых нервных расстройств и способов их (само)лечения, а разделом посвященным правильному питанию, каким оно виделось на излете Средних веков. Некоторые из советов дона Дуарте имеют определенную специфику характерную для его века, некоторые к нашему времени претерпели кое-какие изменения, а некоторые совершенно универсальны для любой эпохи. Пусть на счет их справедливость можно и поспорить.

( О Правилах Живота )
crapulous: (Default)
Это не тот ингредиент, который ожидаешь найти в кулинарной книге. И уж тем более не тот, который будешь там целенаправленно искать.

Тем не менее, с античности и века до XVIII сушенные собачьи какашки встречаются в рецептах достаточно часто. Не в кулинарных, разумеется, а в медицинских. Но современному читателю от этого совсем не легче. Более того, вероятно, весьма солидный процент людей из прошлого был хорошо знаком со вкусом этого необычного препарата, поскольку с античных времен Диоскорида и до практически современности он использовался для лечения гноящихся ран и ангины, болезни ужасно частой, особенно в детском возрасте. Поэтому неудивительно, что рецепт одного из таких средств можно найти в «Кулинарной книги инфанты доньи Марии», которая по сути представляет записную книжку домохозяйки, пусть и очень знатной. В любом домовладении такой рецепт всегда должен был быть под рукой.



Высушенное добела собачье говно наверняка попадалось многим. Это совершенно нормальные какашки для собаки выкормленной на натуральной, богатой минералами диете - а другой, до появления современных промышленных кормов и не было. Древние называли его «греческие, или собачьи квасцы». В отличии от минеральных квасцов их гораздо проще добыть, но точно также как и минеральные квасцы, «собачьи» использовались в качестве вяжущего средства - для лечения гнойных ран, воспалений и всего такого.

Аналогичным образом использовалось и любое другое говно: хоть коровье, хоть козье, хоть даже человечье. Со своими нюансами, конечно: в собачьем говне больше минеральных солей, а потому как вяжущее средство оно действует гораздо лучше коровьего навоза, но сейчас мы не будем углубляться в эту тему.

Рецепт против воспаления миндалин (Receita para esquinência).

Возьмите корицу, которая должна быть очень хороша, и мускатного ореху, по пол-унции каждого, имбиря, четверть унции, собачьих квасцов, которые должны быть очень белыми и сухим, нужно взять одну восьмую унции, четыре или пять бутонов гвоздики, унцию рафинированного (refinado) сахару.

Все должно быть очень мелко истолчено, просеяно и тщательно перемешано.

Тот, кто страдает от ангины пусть возьмет столько этого порошка, сколько сможет удержать тремя пальцами и опустит так глубоко в горло, как только сможет. После чего запьет небольшим количеством холодной воды.

Так нужно делать три раза: один за другим и повторять это в течение трех или четырех дней подряд, если только не станет легче после первых трех дней.


Фармакопеи XVII-XVIII вв. рекомендуют растирать собачьи квасцы в мелкий порошок, смешивать их с различными ингредиентами и использовать для лечения воспалений горла, похожим образом на тот, что описан у доньи Марии. Впрочем, ее рецепт на общем фоне не так уж и плох: португальский фармацевт XVIII в. Жуан Вижье для лечения тех же воспаленных миндалин предлагал просто смешивать собачьи квасцы с луком в отношении один к одному. Он же рекомендовал собирать этот замечательный ингредиент «в мае, перед восходом солнца».

Примечательно, что тот же Диоскорид в I в. утверждал, что собачье говно следует собирать в так называемые «щенячьи дни» (dies caniculares), чье название подарило нам слово «каникулы» - посреди влажной летней жары, когда раны особенно легко инфицируются, плохо заживают, и когда потребность в подобном препарате должна быть особенно велика.
crapulous: (Default)
Грушевый консерв из «Кулинарной книги инфанты доньи Марии» с очаровательным названием, потрясающе подробный (и не менее потрясающе утомительный).

Необходимая температура определяется здесь довольно необычным образом - при помощи рыбы.

До появления газового оборудования и современных датчиков определить и отрегулировать температуру жара было занятием нетривиальным: в стенку печи могли закладывать светлый камень, который при нагревании менял тон несколько иначе, чем прочие; могли кидать щепотку муки, в этом случае индикатором было то, как и насколько быстро мука сгорала; могли использовать бумагу, которая обугливаясь темнела от светло-желтого, до черного цвета.

Очевидная грубость этих методов предполагала, что получится блюдо или нет зависело не только от квалификации и опыта повара, но и от опыта работы с конкретной печью.

Особенно это важно для такой тонкой материи как выпечка, где возможность неудачи и необходимость исправлять огрехи очень часто закладывались изначально, что полезно иметь в виду работая со старыми рецептами.

И даже такой мастер как Жюль Гуффе в своей неунывающей манере напоминал, что пригоревшее всегда можно срезать.


Сонные грушки (Perinhas dormideiras)
Их следует нарезать вдоль осьмушками. Они должны быть ни слишком спелыми, ни слишком зелеными. Как их нарежете, бросьте их в холодную воду. И чем быстрее вы их нарежете, тем белее они будут.
Поставьте котел с кипящей водой, и как только у вас будет 5-6 дюжин нарезанных груш, проколите их, сделав в каждой [осьмушке] по два отверстия с помощью шила или веретена.

Когда они будут проколоты, поставьте их вариться. Достаньте несколько [штук] шумовкой и, которые будут крошиться, если в них ткнуть булавкой - те из них готовы.
Когда будут готовы, отложите их в корзину или сито и накройте теплыми полотенцами.

Когда все груши будут готовы, сделайте сироп, а если он у вас уже есть, убедитесь, что он не слишком жидкий и не слишком густой. Остудите его, чтобы он был слегка теплым.

Вылейте его в посудину (vasilha) на груши, которые всегда должны быть покрыты консервом (сиропом). Этот горшок должен быть плотно закрыт. На следующий день поставьте сироп в котле на огонь достаточный чтобы приготовить свежую треску.

Затем снова охладите сироп, чтобы он стал слегка теплым.
Варите его [таким образом] в течение восьми дней, каждый раз дольше [предыдущего]. А в следующие дни (то есть следующую неделю) варите его в один день, и не делайте этого на следующий. Если через 15 дней [груши] не будут готовы, варите их еще несколько дней.

Когда они будут готовы, переложите груши в сиропе в котел с небольшим количеством цветочной воды и поставьте их вариться не слишком сильно, но и не слишком слабо. (очевидно, после этого варенье нужно закрывать)

Возвращая груши в горшок постоянно процеживайте сироп пока готовите и осветляя его каждые два дня и добавляя процеженный сироп к фруктам каждый день.

Если в течение следующих нескольких дней [после того, как закроете варенье, очевидно] появятся белые точки или пена - прокипятите сироп еще раз.

А если вы хотите, чтобы они (груши) получились очень красивыми, добавляйте к ним новый сироп каждый день. (это правда, кусочки фруктов в большем количестве прозрачного сиропа смотрятся гораздо лучше, но на вкус получаются немного беднее)
crapulous: (Default)
Очередное «фестивальное» сладкое блюдо из «Кулинарной книги инфанты доньи Марии». Простое, насколько это возможно.
В нем упоминается такая вещь как альтерия, другое сладкое блюдо из вермишели обычно сваренной на воде и(или) молоке. Но варианты, как всегда, ограничиваются исключительно фантазией, традициями и доступностью ингредиентов.
По его названию очевидно, что альтерия - имеет арабское происхождение. Впрочем, как и все прочие европейские блюда из пасты.


Яичные ленты
[Возьмите] десять яичных желтков, два белка и две ложки пшеничной муки хорошо взбитые. В небольшой новый горшок или в очень маленькую сковороду, которая чем выше, тем лучше положите на половину [объема] сливочного масла, оно должно сильно кипеть.
Вылейте туда все при помощи кувшина с тонким носиком (albarrada de bico) закручивая как альтерию (вермишель).
Как будет готово, откиньте на сито и сбрызните сиропом, после посыпьте корицей.
crapulous: (Default)
Еще один улов из болота российской кухонной истории.



На прошлой неделе какой-то реконский паблик из вконтакта выложил симпатичный текстик про средневековый завтрак. Первый же абзац которого настолько прекрасен, что дальше можно уже не читать.

На первый взгляд идея того, что св. Фома или еще какие доктора церкви могли считать завтрак - универсальный и естественный для человечества феномен - чем-то предосудительным может показаться фантастической (более крепкие слова мы отложим на потом - они нам еще понадобятся, причем в количестве).

В общем, так оно и есть: Аквинат не выражал в своих работах особой эксцентричности или радикализма, а мысли свои, пусть даже весьма сложные, он излагал настолько последовательно и ясно, что найти в его текстах нечто настолько идиотское как осуждение завтрака или какую-нибудь двусмысленность, которая могла бы на это намекать, совершенно невозможно. Впрочем, для достаточно упорного человека слова «невозможно» не существует.

Бедный св. Фома. Из всех его систематических работ еды касается разве что статьи из «Суммы Теологии» о посте и о чревоугодии, но его авторитет настолько велик, что кулинарные историки, энтузиасты и прочие популяризаторы обожают склонять его имя во все стороны когда дело касается средневековой гастрономии.

Начнем с того, что Аквинат нигде ничего не пишет про завтрак. На этом можно было бы и закончить, но все оказалось гораздо интереснее.

Забавно то, что цитата из реконского текстика относится даже не к словам самого св. Фомы, а к перечислению пяти способов, которыми порок чревоугодия вводит нас в искушение установленных Святителем Григорием в «Моралях книги Иова»:

«Иногда он опережает должное время; иногда жаждет дорогих яств; иногда требует изысканного приготовления; иногда превышает меру, поглощая излишне много; иногда мы грешим самим пылом неумеренной страсти».


Далее, анализируя этот и другие тезисы, автор «Суммы Теологии» утверждает, что порок обжорства связан с непоследовательностью и отсутствием самоконтроля.

Впрочем, если бы московские реконструкторы были одиноки в своих фантазиях, писать бы об этом даже не стоило, но, как выяснилось, идея неких средневековых предубеждений по поводу утреннего приема пищи удивительно популярна.

Вот на Реддите задаются вопросом, неужели в Средние века завтрак считался обжорством?

А Вот что, например, писал в 2016 г. про завтрак журнал Atlantic, светоч американской прогрессивной мысли (марксистская помойка, проще говоря):

В Средние века европейцы преимущественно избегали завтрака. Фома Аквинский в своей «Сумме теологии» перечисляет praepropere — слишком ранний прием пищи — как один из способов совершения смертного греха обжорства; согласно этой логике, утренний прием пищи обычно считался оскорблением Бога и самого себя.


Эта прохладная былина для солидности сопровождается ссылкой на статью с сайта Католического образовательного ресурсного центра. Разумеется там ничего подобного нет, зато автор статьи продолжает мысль св. Фомы о пользе последовательности и самоконтроля. Но это слишком прозаично по сравнению с богохульством при помощи утреннего омлета.

Покончив с солидностью Чучундра из Атлантика переходит пересказу книжки Хизер Арндт Андерсон «Завтрак: История», которая, судя по всему, и была основным источником информации для этой статьи.

Книжка - скажем прямо - говно. Написана в популярном стиле «История изложенная прогрессивным журналистом». С характерным «прогрессивным» отношением к истории и с не менее характерным журналистским пиететом к источниками и фактам. Собственно пассаж о завтраке и св. Фоме позаимствован непосредственно оттуда:

Одним из главных факторов, оказавших влияние на утренний прием пищи была, ожидаемо, религия. После того, как в древнеримских и эллинских письменных источниках завтрак рассматривался как неотъемлемое начало дня, чрезмерно ревностные европейские моралисты Средних веков и раннего Нового времени заклеймили утренний прием пищи, связав его с семью смертными грехами. Эта ассоциация завтрака с обжорством, вероятно, получила распространение благодаря влиятельному доминиканскому священнику XIII века Фоме Аквинскому. В своей «Сумме теологии» (1265-1274) он описывает шесть восхитительных способов совершения обжорства, один из которых можно отнести к завтраку: praepropere — слишком ранний прием пищи. В то время как детям, пожилым людям, больным и рабочим предоставлялись послабления, обычные люди либо не завтракали, либо не говорили о завтраке. Между тем, время двух других приемов пищи — обеда и ужина — сдвигалось и переносилось на более позднее время.


Кроме того из этого эпохального труда можно узнать, что XVII столетие было «Золотым веком завтрака»: потому что в это время в Европу приехали чай, кофе и какао, очевидно, одним пакетом, а доблестный кардинал Франческо Мария Бранкаччо в 1662 г. своим эссе «О шоколадном напитке» (а это в действительности было не более чем упражнение в эссеистике) превратил какао в «постный» напиток (не то, чтобы много кто в этом сомневался) сняв таким образом многовековое церковное табу с завтрака.

Что в конце XIX в. завтрак стало проще готовить благодаря распространению электричества (не спрашивайте как это связано).

Что «в Средние века монархи и их окружение могли проводить целые дни за столом, иногда полностью игнорируя все остальные дела» (как это сочеталось с угрозами Аквината и прочих моралистов - не важно).

Что «завтрак в Европе в период между Средними веками и серединой XVIII столетия практически не менялся» (не смотря на то, что утренний прием пищи различался и по часам, и по содержанию не только в зависимости от региона, но и в зависимости от дома или заведения, и мог представлять собой хоть кашу, хоть стейк, хоть кусок хлеба размоченный в рюмке самогона, причем последнее могло быть даже детской едой).

И это даже еще не конец первой главы.

Не уверен, что именно эта книга является источником глупостей про завтрак - глубже рыться в этом дерьме мне откровенно лень, но, кажется, люди любят верить в любую хуйню если только она соответствует их убеждениям. Это не новость, конечно.
crapulous: (Default)
Культовое блюдо в его культовой форме, но по версии «Кулинарной книги инфанты доньи Марии».

Интересно, может вообще быть культовое блюдо? В конце концов, существуют ведь культовые фильмы и видеоигры. Наверно культовое блюдо - это все же паска или маца. Ну, не важно.

Сначала бланманже был рисовым пуддингом с курицей и встречался в таком виде повсеместно: от арабских медицинских рукописей Средних веков, до кулинарных книг эпохи Барокко. Потом он превратился в жутко популярный миндальный десерт, который, благодаря своей дешевизне, заменила похожая на него панна кота.


Бланманже у доньи Марии расписан хорошим языком и достаточно подробно. Может тут и не хватает изящества слога и тонких нюансов, которыми так богаты аналогичные рецепты итальянских или каталонских авторов XV-XVI вв., но очевидно, что на кухне пармской герцогини это было важное и частое блюдо.

Кроме того, можно заметить, что в этом рецепте не хватает миндаля, который почти всегда был обязательным ингредиентом бланманже. Это может удивить, но в «Искусстве кулинарии» Домингоса Родригеса, первой португальской кулинарной книге, вышедшей из-под типографского пресса на излете XVII столетия, в рецепте бланманже тоже нету миндаля. Можно считать это особенностью местной кухни.

Балнманже
Возьмите грудку черной курицы (каталонец Руперто де Нола, современник доньи Марии, рекомендует для этого блюда брать жирную и крепкую курицу, прочие авторы обычно упоминают каплуна) и приготовьте ее без соли - в одной воде. Она не должна быть переварена, чтобы можно было вынуть одним куском.
Когда ее вынете, переложите в миску с холодной водой, где разберите ее на волокна - чем тоньше, тем лучше. (Тот же каталонец поэтично сравнивает их с усиками шафрана).

На одну грудку понадобится арратель (450 г) рису хорошо промытого и высушенного тканью, растолченного и просеянного сквозь мелкое шелковое сито, 1 канада (1,5-2 л) молока налитая в кастрюлю и 7 унций сахару (200 г).

Достаньте курицу, трижды ткните ее [пестиком] в ступке (Мартино из Комо, итальянский повар XV в., у которого рецептов этих бланманжей было видимо-невидимо, также советует не усердствовать; у него написано, что не более двух раз) и положите в молоко, которое уже должно быть уже в кастрюле. Насыпьте рисовой муки и добавьте соли по вкусу, хорошо перемешайте.

Затем поставьте на огонь конфорки, сделайте его медленным и постоянно помешивайте. Когда загустеет, но не слишком сильно, начните интенсивно взбивать, время от времени снимая с огня, но продолжая взбивать очень сильно.

Когда будет почти готово, добавьте сахар и попробуйте на вкус - если он недостаточно сладкий, положите еще. Как будет совсем готово, уберите с плиты, переложите в чашки и посыпьте сверху толченным сахаром.

Profile

crapulous: (Default)
crapulous

November 2026

S M T W T F S
1234567
891011121314
15161718 192021
22232425262728
2930     

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Nov. 20th, 2026 01:00 am
Powered by Dreamwidth Studios